Таким адмиралом нельзя не гордиться!

Лозунг "Помни войну" появился в кабинете Степана Макарова неспроста

11.10.2016 в 13:37, просмотров: 853
Таким адмиралом нельзя не гордиться!

В конце XIX века, используя современную терминологию, был опубликован супербестселлер — очерк капитана 1-­го ранга Степана Макарова "В защиту старых броненосцев и новых усовершенствований".
В нём опытный "морской волк", каковым являлся Степан Макаров, не только предсказал будущий военный конфликт с Японией, обладающей современными боевыми судами, но и обстоятельства собственной гибели.

Приказ о матросских щах

Служебная карьера Степана Макарова была весьма успешной. В относительно молодом возрасте он был пожалован придворным званием флигель-адъютанта Свиты Его Императорского Величества, причислен к Гвардейскому экипажу и назначен командиром отряда миноносок. Макарову прочили не обременительную, но почетную и влиятельную  должность капитана царской яхты "Ливадия". Однако 29-летний лейтенант выхлопотал перевод на Черноморский флот, так как грянула Русско-турецкая война. "Быть военным моряком и оставаться в стороне от большой справедливой войны — не самая яркая строка в офицерском послужном списке", — считал он.

В январе 1890-го Степан Макаров становится самым молодым контр-адмиралом, а спустя 6 лет последовало производство в вице-адмиралы с назначением старшим флагманом в 1-ю Балтийскую флотскую дивизию. Через 3 года вице-адмирал Макаров получает высокую и почетную должность в Русском Императорском флоте — главного командира Кронштадтского порта, начальника гарнизона и военного губернатора Кронштадта.

Его адъютант свидетельствовал: "День адмирала начинался с шести с половиной утра; в 7 часов, самое позднее в 7 с половиной, он сидел у своего рабочего стола, очень часто в это время я уже получал от Степана Осиповича распоряжения или запросы по телефону. На обед (в 5 часов 45 минут Макаров принимал душ и шел обедать) полагался час, долго сидеть за столом адмирал не любил… Все лекции в Морском собрании, в специальных классах и где бы то ни было в Кронштадте всегда посещались адмиралом". В половине двенадцатого ночи Макаров пил чай и ложился спать ровно в час ночи.

"Военный человек в любой обстановке должен уметь и поесть, и поспать, — писал Степан Осипович. — Это тоже искусство, которое нужно в себе воспитать… Тайна делать всё и делать хорошо — есть тайна порядка распределять своё время. Порядок — это здоровье".

Старослужащие матросы, любовно называвшие своего адмирала "Борода", "Наш старик" или "Отец наш", рассказывали, что он мог покурить с ними ядрёную махорку и никогда и ни при каких обстоятельствах не садился за офицерский стол, не сняв пробы с пищи для рядовых. Макаров даже выдал приказ "О приготовлении щей", который гласил: "Изданные постановления не мешают хорошему коку придать щам тот вкус, какой он желает, но они не допускают неумелого человека испортить хорошую провизию". Этот документ был продиктован заботой о матросах.

Подобная внимательность к нуждам простых людей являлась, без сомнения, отголоском детских и юношеских лет адмирала Макарова…

Чёрная кость

Сам он родился 8 января 1849 года (по новому стилю) в Николаеве Херсонской губернии в семье прапорщика ластовых экипажей Осипа Фёдоровича Макарова. "Ластовые экипажи несли портовую береговую службу, — писал академик А.Н. Крылов. — Командный состав их формировался из произведённых в прапорщики заслуженных боцманов и фельдфебелей, начинавших службу простыми матросами". Отец, обладавший суровым нравом, держал сына в строгости и при случае мог даже выпороть…

В 1858 году Макаров-старший был направлен для прохождения дальнейшей службы в Николаевск-на-Амуре. Там он устроил Степана за "казённый кошт" в Николаевское штурманское морское училище. В те времена штурманы, как и механики, хотя и считались "черной костью", по высказыванию ещё Петра I, "за знание редкостных наук в кают-компанию допускались".

Училище в Николаевске-на-Амуре являло собой весьма скромное учебное заведение: два класса по шесть человек в каждом. Нравы — бурсацкие. Не лучшим образом был организован и учебный процесс. Преподаватели за свои "педагогические труды" не получали жалования. Поэтому прилежный к наукам Степан занялся самообразованием. Самостоятельно изучал географию, математику, английский язык…

В мае 1861 года 12-летний кадет Макаров вышел на клипере "Стрелок" в своё первое морское плавание в залив Де-Кастри и военный пост Дуэ. Затем последовали более длительные походы по Охотскому морю к берегам Камчатки и Сахалина. После этого эскадренный командир адмирал Андрей Попов перевёл его на свой флагманский корвет "Богатырь". В конце практики, после похода к берегам Америки, где кадет Макаров отличился при тушении пожара в порту Сан-Франциско, адмирал Попов подарил любимцу свой дагеротип в парадном мундире с орденами и трогательной надписью: "Моему молодому другу С. Макарову на память". По возвращении в Николаевск-на-Амуре Степан был назначен фельдфебелем с обязанностью заниматься с младшими воспитанниками. Когда подошел срок окончания училища, военный губернатор Приморской области контр-адмирал П. Козакевич подал личное ходатайство в военно-морское ведомство, и в 1865 году Степан Макаров был произведён в гардемарины.

"Замрите со склонённой головой…"

О дальнейших годах "доблести и славы", ввиду ограниченности газетной полосы, мы расскажем, ссылаясь на авторитетный дореволюционный "Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона". Согласно ему, Степан Осипович Макаров в 1872–1876 годах был занят устройством непотопляемых приспособлений на броненосных судах. "Тот, кто видел потопление судов своими глазами, хорошо знает, что гибель корабля не есть простая гибель имущества; ее нельзя сравнить ни с пожаром большого города, ни с какою другою материальною потерею, — писал этот учёный моряк. — Корабль есть живое существо. И видя его гибель, вы неизбежно чувствуете, как уходит в вечность этот одушевлённый исполин, послушный воле своего командира".

Годы спустя, в 1903-м, признанный во всем научном мире авторитет в области кораблестроения Алексей Крылов, читая в Кронштадтском морском собрании лекцию "О непотопляемости судов и ее обеспечении", закончил доклад словами: "Все, что я вам здесь изложил, принадлежит не мне, а целиком взято из статей "Морского сборника", охватывающих тридцать лет; эти статьи подписаны так: мичман Степан Макаров, лейтенант Макаров, флигель-адъютант Макаров, контр-адмирал Макаров и, наконец, вице-адмирал Макаров... Вот кто истинный основатель учения о непотопляемости судов".

В турецкую войну 1877 года Степан Осипович отличился, командуя кораблём "Великий князь Константин". В 1881-м он исследовал течения Босфора. В работе "Витязь и Тихий океан" изложил результаты исследований температуры и удельного веса морской воды в Северном Тихом океане, произведенных им во время кругосветного путешествия 1886–1889 гг. на корвете "Витязь". Кстати, его название было позже начертано на фронтоне Международного океанографического института в Монако рядом с именами других кораблей, совершивших значительные океанографические экспедиции.

С 1891-го по 1894 год Степан Макаров состоял главным инспектором морской артиллерии, а в 1895-м командовал Тихоокеанской эскадрой "во время китайско-японской распри". В 1901-м совершил экспедицию на Землю Франца Иосифа на построенном под его командой ледоколе "Ермак".

Газеты восторгались: "Как молния, из края в край // Промчалось имя адмирала. // И "Ермака" не невзначай // Молва "Степанычем" прозвала…"

"После открытия военных действий с Японией Макаров был назначен командующим русским Тихоокеанским флотом, — сухо сообщает всё тот же "Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона". — По его прибытии в Порт-Артур, в гавани которого был заперт японцами русский флот, Макаров начал выходить на разведки в открытое море. 13 апреля 1904 года он вышел с эскадрой, находясь на броненосце "Петропавловск". Когда эскадра возвращалась, "Петропавловск" наскочил на мину и затонул. Погиб почти весь его экипаж и Макаров в том числе".

Невероятно, но на смерть русского военачальника отозвался японский поэт Исикава Такубоку в стихотворении "Памяти адмирала Макарова", где есть такие строки:

Замрите со склонённой головой

При звуках имени его: Макаров.

Его я славлю в час вражды слепой

Сквозь грозный рёв потопа и пожаров…